О Мюнхенской конференции по безопасности: Новая роль ГерманииНа 62-й конференции по безопасности был…

О Мюнхенской конференции по безопасности: Новая роль Германии

На 62-й конференции по безопасности было две важные речи — немецкого канцлера Мерца и госсекретаря США Рубио.

Речь Мерца была уникальной потому, что впервые за историю конференции выступление именно немецкого лидера стало программным и задающим тон для всей конференции. Фактически все другие панели и выступления подхватывали и обсуждали отдельные аспекты этой речи.

Ключевые тезисы речи Мерца:

1. Мировой порядок, основанный на правилах, больше не существует. ЕС живет в мире, где правит сила.
Это утверждение подводит черту под попытками переждать бурю или адаптировать существовавший мировой порядок. Начинается эра активной конкуренции, в которой might makes right и “горе побежденным”.

2. Главная задача Европы — адаптироваться к новой реальности
Показывает, что за прошедший год ЕС осознал, что идет борьба на выживание. Адаптация к новым вызовам стала задачей номер один.

3. Речь идет о программе, состоящей из следующих пунктов:

– Усиление: военное, экономическое и политическое, уменьшение внешних зависимостей, усиление ЕС в НАТО, развитие новых технологий, обновление оборонной промышленности, реформа воинской службы, усиление восточного фланга, защита Арктики. Бундесвер станет самой сильной армией ЕС так быстро, как это возможно. Германия усилит свою разведку.

– Укрепление сотрудничества в ЕС. Нужно ограничить бюрократию, сконцентрироваться на главном, стимулировать инвестиции и новые возможности. ЕС разрабатывает новую дорожную карту по превращению ЕС в сильного глобального политического игрока. Статья 42 Лиссабонского соглашения о взаимных обязательствах в сфере безопасности будет иметь ключевое значение. Ядерный зонтик будет обеспечен всем (французский, Франция планирует соответствующие изменения в доктрину национальной безопасности). Будет усилено сотрудничество с “новыми партнерами” — Турцией, Бразилией, Индией и другими.

– Новое Трансатлантическое сотрудничество. Его необходимо оживить при всех имеющихся расхождениях. НАТО дает преимущества не только для ЕС, но и для США. В мире силовой политики даже США не будут достаточно сильны, чтобы справиться со всеми проблемами самостоятельно, поэтому нужно восстановить отношения. Однако ЕС в любом случае выходит из состояния чрезмерной зависимости, укрепляя европейскую часть НАТО.

– Различия в подходах ЕС и США. Культурные войны США — это не проблема ЕС. Свобода слова заканчивается там, где слово унижает человеческое достоинство. ЕС верит не в тарифы и протекционизм, а в свободную торговлю. ЕС дальше будет поддерживать борьбу с изменениями климата организацию всемирного здравоохранения.

Эти заявления дают рамочное описание новых амбиций ЕС. Как мы уже не раз писали ранее, ЕС не будет тихо плакать в углу, а начнет конвертировать свою экономическую мощь в политическую. При этом надо понимать, что текущее поколение европейских лидеров еще “беззубое”, следующее — будет более прагматичным и жестким. Минск все еще рассчитывает, что ЕС расколется под давлением, однако давление вызывает сплочение.

4. Позиция Мерца относительно конца войны в Украине не изменилась: война закончится тогда, когда Россия будет в достаточной степени истощена экономически и, возможно, в военном плане.

Это заявление показывает, что ЕС не верит в мирные переговоры с Россией — сейчас. Таким образом установление контактов с Москвой нужно для переговоров в будущем, когда “Россия устанет”. Поэтому будет 20-й пакет, будет удушение теневого флота и ужесточение мер против финансовой системы России.

Отметим, что представление о том, что истощение одной стороны может привести к устранению военной угрозы в долгосрочной перспективе, кажется наивным. Надеемся, что европейцы понимают: речь может идти лишь о паузе в этой, конкретной войне. Надежное устранение угрозы со стороны России возможно только в случае появления новой, практичной стратегии в отношении России.

In his speech, Merz spoke of a “program of freedom” for Europe, comprising four points. Point one, he said, was the goal of strengthening Europe militarily, politically, economically, and technologically. This, he argued, would reduce dependencies and vulnerabilities.…