Возникает парадокс: зет-военкоры постоянно скулят о нехватке личного состава, при этом генералы расходуют его столь расточительно, будто у них бесконечные резервы. На самом деле это противоречие носит диалектический, так сказать, характер: недостатка в людях армия, правда, не испытывает, поэтому и воюет «мясом», тратя его без счета ради захвата руин хуторов и безымянных высоток. И в процессе, действительно, возникает ситуативная нехватка личного состава в штурмовых подразделениях.
Вообще-то, по правилам военной науки подразделения, потерявшие 30% личного состава, считаются полностью утратившими боеспособность и подлежат выводу в тыл для переформирования. Но у российских генералов своя очень специфическая наука. Даже те части, состав которых выбит на 70-80% (это и есть причина постоянного нытья военкоров о нехватке людей), не снимают с позиций, а просто пополняют свежим мясом и бросают только что прибывших добровольцев, прошедших двухнедельную подготовку на полигоне, в бесконечные и чаще всего бесплодные штурмы.
И так будет длиться до тех пор, пока работает насос Минобороны, обеспечивающий приток 35-40 тысяч свежих контрактников ежемесячно. Ведь если есть добровольцы, которые совершенно не ценят собственную жизнь, то почему ее должны ценить командиры, получившие новую порцию расходного материала?