Сегодня у меня первый Новый год на свободе — не в камере и не в карцере. И это радость, от которой н…

Сегодня у меня первый Новый год на свободе — не в камере и не в карцере. И это радость, от которой никуда не деться, как бы неловко ни было радоваться вслух.

Но больше тысячи наших героев встретят этот год не дома. Кто-то — в бараке, кто-то — в камере, а кто-то — в ШИЗО, потому что у лагерной системы есть своя «традиция»: забивать штрафные изоляторы политическими заключёнными аккурат под праздники. Чтобы новый год начинался правильно — с унижения, холода и тишины.

Я думаю о них сегодня больше, чем о салютах и шампанском. О тех, кто держится без ёлок, без близких, без дома. О тех, кто всё равно остаётся свободнее своих тюремщиков — просто потому, что не предал себя и свою страну.

Хочется, чтобы в новом году свободы стало больше. Не только у меня — у всех. Чтобы слова «камера», «карцер», «ШИЗО» снова стали чем-то из учебников по истории, а не из новостной ленты и писем друзей.

Пусть новый год приближает день, когда поздравления будут писать не с оглядкой на решётки, а списки политзаключённых — наконец-то закончатся. С Новым годом!