Огромная ошибка нашей оппозиции в том, что она начинает заниматься тем, в чём совсем не разбирается….
С 20-го года, я и мои коллеги предлагали свою помощь ОСТ, дворовым инициативам и другим, предлагали помочь найти соответствующих специалистов и организации, которые занимаются профессиональным аудитом, но конечно мы были проигнорированы людьми, которые закончили какой ЕГУ по каким условным gender studies.
В целом нашей оппозиции было бы замечательно иметь настоящую команду специалистов по безопасности, не ту, кем являются киберпартизаны, хотя у них однозначно имеются частично подобные компетенции, но я говорю не только о программной части безопасности, а также о человеческой и физической, где помочь может только контрразведка. Меры безопасности должны быть всегда комплексными.
Закрыв свой ноутбук на пароль, вы забываете, что самый простой способ достать этот пароль будет не взломать защиту с помощью суперкомпьютера, а банальное: засунуть паяльник в ректальное отверстие. Простите за такие сравнения, но это вам для демонстрации того, что на каждого человека инструмент найдётся. А меры безопасности должны продумывать обязательно и такие кейсы. Потому что никто за 5 лет серьёзно никого не взломал техническими средствами. Все сливы были в первую очередь связаны с человеческим фактором. Поэтому я и говорю всегда о комплексных мерах безопасности, где не работает один пункт без другого, ибо где тонко, там и рвётся.
Это значит, что в настройке такой политики нужны люди из спецслужб. Я не знаю насколько возможно найти таких людей в белорусской оппозиции, да и не доверяла бы я им, но уверена, что таких людей найдётся много среди поляков, литовцев, немцев. Потому что в современном мире изменились инструменты, но принципы работы КГБ сохраняются уже более ста лет. И за сто лет мы не смогли ничего изменить в защите себя. «Спасибо» за это конечно спецслужбам в первую очередь — они великолепно справились со своей работой по разрушению любых подобных идей.
Это была бы крайне сложная работа по многим аспектам, поэтому я могу только теоретизировать, но понимаю масштаб потенциальных вложений, ресурсов, в том числе денежных средств, для осуществления такой задумки. Но у меня за 5 лет сформировалось чёткое убеждение, что без контрразведки у нас есть шансы только на приход ко власти КГБ или всяких ФСБшных Бабарик.
Ещё одна проблема той же «Весны» и других в том, что подавляющее большинство работников правозащитных организаций не имеют даже базового юридического образования, не говоря уже про соответствующий правозащитный профиль. А даже имея белорусское юридическое образование, о правозащите можно знать примерно на уровне моих знаний теоретической физики. Гуманитарная наука не означает, что ты можешь что-то наговорить, абсолютно не имея фундаментальных знаний, что для этого достаточно одной лишь практики.
В принципе та же самая история у нас в журналистике, где в лучшем случае наши журналисты закончили беларуский журфак, который умеет подготавливать только колумнистов газеты «Зорька» или «Сельский час», а большинство журналистов вовсе не имеют никакого образования. Люди учатся так сказать «в поле», на опыте коллег, которые могут передать свои знания, но у большинства журналистов все равно останутся фундаментальные пробелы, которые будут приводить к тому состоянию СМИ, которое мы видим сегодня.
Вернёмся к правозащите. Она не должна никогда пересекаться с политикой, не потому, что эти люди не должны иметь политических взглядов, или не должны помогать оппозиционерам, а причина куда банальнее. В безопасности есть такое понятие как разграничение прав доступа. Я бы на его примере показала, что есть вещи, которые не стоят смешивать. Потому что когда правозащитник является одновременно политическим деятелем и правозащитником, у него стирается грань ответственности за его домен.