Как и обещал, дополняю анализ публикации об эскалационных прогнозах в Telegraph белорусско-польским треком.
Если судить по слухам, озвученным британским изданием и нашедшим живой отклик у польских властей, Беларусь является одним из двух основных направлений возможной эскалации (вместе с Калининградом). Соответственно, можно было ожидать, что наступает очередной период охлаждения (при том, что температура и так минусовая).
Однако на деле ситуация выглядит несколько иначе. Для определения реального положения вещей обратимся к министру иностранных дел Польши Р.Сикорскому, который, публично обращаясь к Путину и предупреждая его не делать глупостей, кроме этого, сказал следующее:
«Рекомендую также внимательно прочитать интервью руководителя Службы разведки полковника Шоты, опубликованное несколько дней назад».
Воспользуюсь рекомендацией и разберу данное интервью по пунктам, концентрируясь на белорусском векторе.
Пункт 1. В интервью Шоты нет алармизма по отношению к Беларуси. Так, в качестве основной угрозы называются российские спецслужбы:
Какая разведка в настоящее время представляет для нас наибольшую угрозу? Российская, белорусская или, может быть, китайская?
Российская разведка — ее действия носят признаки государственного терроризма. Однако в Агентстве разведки не пренебрегают угрозами и с других направлений.
Пункт 2. Шота подтверждает наличие постоянных контактов между его службой и белорусскими спецслужбами, подчеркивая, что эти каналы прямые (без посредничества США), самостоятельные (без влияния США) и служат укреплению безопасности Польши:
Добавлю, что на данный момент у нас налажены каналы связи со спецслужбами белорусской стороны. Мы поддерживаем их самостоятельно. Наша цель — обсуждать с белорусской стороной все вопросы, которые могут способствовать укреплению нашей безопасности. Уникальная роль разведки заключается в создании рабочих каналов связи там, где дипломатия невозможна или затруднена. Используя канал спецслужб, лучше встречаться с представителями режима Лукашенко, вести переговоры и добиваться выгод для Республики Польша, чем бездейственно наблюдать за «поглощением» Беларуси Россией.
Здесь важны два момента:
Во-первых, польская сторона определенно не верит в нарратив о том, что «никто не заставляет Лукашенко дружить с Москвой», который с 2020 года распространяет белорусская оппозиция. Переговоры с Минском в Варшаве четко воспринимаются как альтернатива «поглощению» Беларуси.
Во-вторых, (и это перекликается с тем, что я писал раньше на эту тему) полковник Шота отмечает, что дипломатия между Польшей и Беларусью «невозможна или затруднена». Про твердую двойку и многочисленные ошибки РБ на европейском направлении я неоднократно писал выше (например, здесь здесь и здесь).
В этой связи важно понимать, что с точки зрения Польши каналы спецслужб — это не замена дипломатических каналов, а Служба разведки не имеет политического функционала. Поэтому, учитывая, что с момента аккуратного учения «Запад-2025» прошел почти год, а с момента открытия пограничных переходов «Кузница» и «Бобровники» и резкого падения числа попыток нелегального перехода польской границы — чуть меньше, результативность на этом направлении пока что стремится к нулю.
Пункт 3. Раньше я уже обращал внимание на то, что, по мнению Минска, мяч на стороне Варшавы, а также на то, что Варшава считает иначе. Полковник Шота внес уточнения в ситуацию:
«Но, например, нам не удалось добиться от белорусской стороны выдачи марокканца, виновного в убийстве польского солдата Матеуша Ситка.
Это один из ключевых элементов диалога с Минском. На мой взгляд, без прогресса в этом вопросе будет трудно добиться дальнейших шагов, связанных с улучшением польско-белорусских отношений».
Таким образом, в сухом остатке имеются три плюса: более спокойное отношение к Беларуси, понимание, что диалог с Минском важен для безопасности Варшавы, а также допущение дальнейшего улучшения отношений. И два минуса: каналы спецслужб не конвертируются в политические успехи + тема убийцы Ситка до конца не раскрыта.
Szef Agencji Wywiadu: Rosja postrzega Polskę jako przeszkodę
Testowanie NATO na pewno będzie kontynuowane. Rosjanie obserwują nasze reakcje. Wiedzą, że Sojusz reaguje politycznie, a nie militarnie, dlatego przesuwają czer