Если ты не в состоянии обеспечить безопасность и функционирование территории, то она из актива превращается в убыток.
Производить невозможно.
Коммуникации нарушены.
Снабжение парализовано.
Удержание превращается в бесконечный и очень дорогой марафон, а неспособность справиться с этим, подрывает легитимность властей.
Пока эта перспектива касается только Крыма с его ограниченными коммуникациями, но с другой стороны – с Крыма все начиналось и Крым – это то, ради чего все затевалось.
Если обнулить результаты торжественного захвата от 2014 года по причине крайне высокой стоимости его эксплуатации, сдвинется еще одна составляющая новомосковского мифа – про «историческое возвращение земель», а персонально Путин – лишится едва ли не главного своего личного достижения в жизни.
Неспособность гарантировать безопасность этого региона ставит под вопрос целесообразность всей долгосрочной российской стратегии, начиная с 2014 года.
Если стоимость удержания Крыма станет критической для выживания всей остальной российской системы, власти окажутся перед тяжелейшим выбором:
– продолжать сжигать ресурсы ради сохранения мифа о «собирании земель»,
– признать, что концепция «географического величия» в 21 веке больше не работает и менять всю государствообразующую стратегию?..
А смогут ли?.
А что тогда работает?..)
И шире – что такое вообще «владеть территорией» в эпоху deep&cheap-страйков?..”
Ал.Арестовіч