И эта персональная защита создала у режима опасную иллюзию. В Дроздах решили, что Россия никуда не денется. Что будет платить вечно, будет закрывать глаза на многовекторность. Что можно одновременно получать российские ресурсы, торговаться с Западом, заигрывать с Вашингтоном и продолжать объяснять Москве, что без Лукашенко она «потеряет Беларусь». Это психология политического паразита: если носитель не сбрасывал двадцать лет, значит не сбросит никогда.
Параллельно эта же безусловная поддержка стала главным поставщиком антироссийских настроений в беларусском обществе. Чем больше Кремль публично защищает диктатора, тем сильнее в глазах беларусов работает формула «Лукашенко = Россия». На фоне войны в Украине у нашего народа всё больше укрепляется уверенность, что Россия хочет за счёт А. Лукашенко включить Беларусь в свой состав. Этот эффект усиливал миф о том, что только А. Лукашенко защищает Беларусь от поглощения Россией.
Получается парадокс. С одной стороны, Лукашенко двадцать лет повышал зависимость Беларуси от России за счёт поддержки своего режима – на самом деле всё ровно наоборот, чем рассказывает миф. Но при этом главный долгосрочный ущерб российскому влиянию в Беларуси нанёс не Запад, не оппозиция и не санкции. Его нанесла сама Москва двадцатилетней безусловной защитой А. Лукашенко от своего же населения. В. Путин все эти годы своей же рукой разрушал в Беларуси то самое пророссийское настроение, ради которого формально и оказывал поддержку.
Но война изменила цену этих действий. У России меньше свободных ресурсов. Цена ошибок стала выше. Признанные самой Россией экономические проблемы, накопленное раздражение элит, обесценивание Беларуси как актива, токсичность канала с США, армянский сюжет – всё это превращает поддержку А. Лукашенко в политическую издержку.
И здесь возникает горький для самого А. Лукашенко парадокс. Своей нынешней игрой с Вашингтоном он лично разрушает то единственное, что его держит. Каждое движение в сторону США, каждое интервью на RT с американским журналистом, каждый визит Д. Коула в Минск – это не приобретение новых возможностей и не путь к спасению от пенсии, давно навязываемой Москвой. Это эрозия персональной защиты со стороны В. Путина. Потому что чем заметнее в А. Лукашенко американский след, тем сложнее В. Путину объяснять собственной системе, почему этот человек всё ещё сидит на российских ресурсах, пользуется военным зонтиком и при этом торгует своей ролью с Вашингтоном.
А. Лукашенко рубит сук, на котором двадцать лет сидел, и при этом убеждён, что строит себе новую опору. Это поведение игрока, который не понимает, какая фигура реально держит партию.
Сегодняшняя встреча, как бы её ни планировал сам А. Лукашенко – это инвентаризация. Проверка лояльности, управляемости и пределов самостоятельной игры А. Лукашенко. Особенно сейчас, когда переговорная история вокруг войны в Украине входит в новую фазу, а у самой России свободных ресурсов кормить неэффективный балласт уже нет. В такой момент Москве нужен не союзник с американской визиткой в кармане, а управляемый тыл.
И в этом смысле сегодняшняя встреча важна не тем, что А. Лукашенко скажет В. Путину и как попытается шантажировать. Она важна тем, что В. Путин увидит в А. Лукашенко. И насколько то, что увидит, стоит политически защищать перед собственным окружением.