К итогам развития ситуации в Венесуэле. Часть 2 / 03.04.2026Начало постаНа социально-экономическом у…
На социально-экономическом уровне картина тоже не выглядит как облегчение для народа Венесуэлы. В стране проходят митинги рабочих и пенсионеров с требованиями повышения зарплат, пенсий, улучшения условий труда. Их можно понять. Например, при дикой инфляции, являющейся по сути «налогом на бедность», у пенсионеров уже 4 года не проводилась переиндексация пенсий. Выжить на эти деньги невозможно физически. Это вынужденные митинги, люди нищие, погребены безнадёжностью. В свою очередь, полиция и парамилитарные группы «коллективос» продолжают репрессии с целью прекращения протестной активности.
В нефтяных регионах страны «реформы» обновлённого режима вызвали у части работников некоторые надежды, но в целом люди относятся к этому с глубоким скепсисом. Они знают свой режим и не считают, что открытие нефтедобывающего сектора реально улучшит лично их жизнь, зарплаты и пенсии, а не только жизнь крупного бизнеса и чиновников.
То есть с началом экономической перестройки, инициированной США в Венесуэле, общественное настроение определяется не чувством освобождения, а сочетанием ожидания и недоверия. И это также можно понять. Новый курс в Венесуэле строится прежде всего вокруг нефти, добычи, инвестиций и геополитической управляемости. Реформы, которые потребовал от Каракаса Вашингтон, включают в себя расширение автономии компаний, снижение налоговой нагрузки, допуск к более свободной коммерческой деятельности и попытку привлечь внешний капитал.
Всё это важно для государства, для элит, для иностранных партнёров, для сырьевого сектора. Но само по себе это не означает ни политического освобождения общества, ни социальной справедливости, ни улучшения жизни большинства граждан. Напротив, венесуэльский пример сейчас показывает, что режим может стать удобнее для внешнего мира и выгоднее для части местных элит, не перестав быть тяжёлым для собственного народа.
Оппозиция лишена рычагов давления. Часть оппозиции, которую можно назвать, по аналогии с лагерем С. Тихановской, «официальной», публично терпит происходящее, рационализирует или объясняет происходящее как «сложную переходную фазу», вместо того чтобы жёстко и последовательно атаковать сам выбор Вашингтона в пользу сохранения режима чавистов. Она оправдывает временное сохранение режима чавистов как инструмент «управляемого перехода». Фактически на практике это легитимирует эту модель: старый аппарат остаётся, а людям обещают, что его демонтируют. Потом.
Конечно есть те, кто требует завершения истории чавизма и построения в Венесуэле честного правового государства. То есть внутри противников режима есть понимание, что США консервируют режим. У этой части оппозиции есть общественная база, но блокируются возможности превращения поддержки во власть.
Поэтому происходящее в Венесуэле стоит воспринимать как предупреждение. Один из реальных сценариев будущего Беларуси – это не разрушение лукашизма, а его перепаковка и перенастройка под новые внешние интересы с сохранением управляемой ситуации. Это может быть «переход», «нормализация» или даже «стабилизация». Но на самом деле только имитация.
Таким образом, сегодня в Венесуэле мы можем говорить только о частичном ослаблении давления на народ. Новая итерация чавистского режима, естественно, не ведёт и разговора о признании ошибок. Максимум – знакомое нам предложение «перевернуть страницу». И уже очевидно, что это не беспокоит администрацию США. Помните, мы не раз напоминали, что вопрос беларусских политзаключённых для США является только инструментом пиара, но не целью взаимодействия с А. Лукашенко. Прежде чем его «сожрать».
Урок Венесуэлы неприятен. Если диктатуру не демонтировать целиком, если не ломать её силовой аппарат, если не возвращать обществу политическое пространство и не восстанавливать правовое государство как основу жизни страны, то смена верхушки сама по себе не приносит облегчения для народа. Она лишь переводит старую систему в новую фазу. Народ от этого практически ничего не выигрывает. И это надо помнить, думая о будущем Беларуси.