Ни Золотова, ни Лойко вам никогда этого не расскажут, к концу текста, вы сами поймёте почему. Но расскажет «шизанутая» Ксюшанька, а мои слова не смогут опровергнуть.
Начну издалека. О чём «то письмо»? В нём нет ни инструкций, ни указаний. Там нет ничего, кроме того же действия, что делает С. Тихановская. Вот только она не политзаключённая, 6 лет ездит с уставшим лицом, рассказывая одно и то же, не особо проникаясь историями (это официальная теория, что происходит за дверями не наше дело пока). Иногда с собой на мероприятия ОСТ могут позвать только что вышедших политзаключённых, но они только аксессуар для демонстрации, не более чем та знаменитая «светина папка». Главной на мероприятии всё равно будет она.
И вот тут назревает то самое зерно, которое, посеяв когда-то, получил в виде письма офис Тихановской.
Наста и Марфа, насколько я это понимаю, сидели в тюрьме тяжело, и являются очень, как у нас говорят, сердобольными, чуткими и впечатлительными девушками. А Марина Золотова — прямая и честная. И вот этот микс родил идею. Про характеры Ирины и Людмилы судить не берусь.
За время отсидки девушки нашли себе подруг в тюрьме. А потом девушек освободили, а их подруги, такие же светлые и невинные люди: кто-то с проблемами со здоровьем, кто-то с маленькими детьми, кто-то с престарелыми родителями… остались в тюрьме. Одна эта мысль, наложенная на свой тяжёлый опыт, не даёт этим девушкам спокойно спать. И никакие деньги и новая спокойная жизнь в Варшаве их не прельщают, у них есть духовные ценности и своя боль.
А ещё, что их отличает от тех, кто либо не сидел, либо кто вышел и просто живёт: в них огромное количество энергии и нереализованной злости (прим. злость — это и есть мобилизующее чувство, дающее прилив энергии). Они хотят что-то делать. Если эту энергию не пустить во благо, то она направится на разрушение. Видимо, девушки это понимают.
Это всё была лирика, хоть и важная вводная для полной картины. А сейчас по существу.
Эти женщины хотели ездить на мероприятия, посвящённые политзаключённым, рассказывать европарламентариям и главам правительств об ужасах тюрем, которые они же и прошли.
И оказалось, что все встречи им доступны только в trial-версии, а дальше платная подписка aka сотрудничество с ОСТ.
И вот девушки в какой-то момент заметили, что их перестали куда-то звать. На мероприятия в ЕП, ПАСЕ и другие их просто не приглашают, хотя они просят о встречах с разными людьми, чтобы рассказать свой опыт и опыт своих друзей. А ещё им каждый день пишут люди из Беларуси, ведь к ним больше доверия, чем к «экстремистским» организациям при ОСТ, меньше риски слива и т.д. У всех девушек есть постоянный, как у нас принято говорить, контакт с «землёй».
Прошёл год с основных освобождений, и девушки видят, как политзаключённые перестают выходить, сделки с лукашенко срываются или упираются в «европейский трек». Их подруги всё ещё за решёткой, а сами девушки оказались не у дел для встреч и мероприятий в Европе.
Девушкам-политзаключённым просто хочется кричать от боли за всех, кто находится сегодня в тюрьмах просто так.
Они оказались не просто храбрыми, но ещё и умными: поняли, что поодиночке их малую группку растопчут с любой инициативой вмиг, как происходило уже с сотней других политзаключённых и не только. Но вот никто не сможет игнорировать 50 людей, которых так просто не назовёшь агентурой и маргинезом, ведь они прошли через пытки и… их много. Такое количество людей не назовёшь «лоббистами Лукашенко» так просто.
Это письмо перевернуло у очень многих людей представление о добре и зле в оппозиции.
Девушки сделали самый верный ход в том, что разослали его ещё до публикации депутатам, чтобы никакой Франок Ведёрко (Т9, извините) не смог успеть пухлыми пальчиками набрать своим 12000 контактам и предупредить игнорировать письмо.
Оно уже у депутатов, они его видят, и некоторые из них, думаю, удивлены, сколько людей выступают с совершенно другим тезисом, чем тот, который говорят на встречах С. Тихановская и П. Латушко.