Приветосики, котятки. Или уже пора переходить на «вечер в хату», раз нас любезно отправили в эстонскую тюряжку?
Леонидович опять разразился комментарием. С литературными оборотами, смешными обзывалками. Над обзывалками ему, конечно, ещё учиться и учиться – у нас, признаемся честно, получается лучше. А вот с содержанием… тут уже неудобно. Часть претензий не просто обоснована …..
Если выкинуть риторические вопросики про легитимность и вечную неспособность оппозиции склеиться хоть во что-то похожее на силу, останется главный, вопрос: кому выгодно, чтобы всё продолжало быть именно таким, какое оно есть?
В 2018-м Алексей Пикулик и Софи Бедфорд выкатили исследование «Aid Paradox: Strengthening Belarusian Non-democracy through Democracy Promotion». Изучали беларусскую оппозицию и донорскую кормушку 2015–2016 годов. Нынешних Офисов-Хуефосов там ещё не было в помине. Зато механизмы описаны так точно, будто авторы заглянули в будущее. Лебедько с Добровольским, кстати, уже тогда сидели на своих местах – и никуда не делись.
Зачем строить работающие институты, если можно провести конференцию? Институт – это ежедневная скучная работа, ответственность и, не дай бог, результат. Конференция же – почти идеальный продукт: программу слепили, участников согнали, фоточки в правильном ракурсе сделали, отчёт написали. Демократия не наступила? Ну и ладно. Зато международное сотрудничество состоялось, а это, как известно, главное.
Деньги надо освоить. Иначе в следующем году бюджет могут урезать, и тогда что? Признавать, что стратегия говно? Слишком дорого. Слишком много уже вложено в старых партнёров. Поэтому проект можно бесконечно продлевать. Главный результат проекта – необходимость продлить проект.
Зачем добиваться общественного доверия, если тебя уже признали за границей? Дипломатическая встреча – это не выборы. Грантовый конкурс – не мандат. Но если от доноров зависит само существование твоей конторки, то смотреть вверх, на руку с деньгами, куда практичнее, чем вниз – на тех самых беларусов, которых ты якобы представляешь.
А теперь политзаключённые. Освобождение живого человека требует переговоров, политических решений и результата, который никто тебе не гарантирует. А рассказывать о репрессиях, проводить кампании, клеить стикеры и устраивать конференции можно годами. Люди сидят. Работа идёт. Отчётность пополняется. Все довольны.
Никто, конечно, не утверждает, что кто-то специально держит людей за решёткой ради грантов. Боже упаси. Просто если деятельность измеряется легче, чем результат, система будет штамповать именно то, что легче измерить.
И ещё один милый вопрос: а все ли бывшие политзаключённые вообще остаются в поле зрения? Или мы видим преимущественно тех, чьи истории уже удобно встроены в международные кампании и красиво смотрятся в отчётах? А кто занимается теми, о ком почти не говорят? Где они? В тюрьмах? В моргах? Ну кто ж вам ответит на такой сложный и неудобный вопрос. Особенно те, кому платят за «работу с политзаключёнными».
Пикулик и Бедфорд описали ещё один прекрасный парадокс: усиление репрессий увеличивает ресурсы оппозиции, а любое потепление отношений Запада с Минском – эти ресурсы сокращает. Ничего не напоминает, правда? Не в этом ли корешок категоричного «никаких диалогов, никаких переговоров, только жёсткая линия»? Потому что если линия смягчится – кормушка может оскудеть.
Леонидович предлагает объединиться и выработать общую стратегию. Почему нет? Можно создать новую структуру. Рабочую группу. Провести стратегическую сессию. Сделать красивые фотографии. Написать манифест.
Если правила игры не менять – очередное объединение будет просто более дорогим и более напыщенным шапито. С теми же клоунами. И с теми же зрителями, которые уже давно не верят, но всё ещё платят за билет.
Леонидович опять разразился комментарием. С литературными оборотами, смешными обзывалками. Над обзывалками ему, конечно, ещё учиться и учиться – у нас, признаемся честно, получается лучше. А вот с содержанием… тут уже неудобно. Часть претензий не просто обоснована …..
Если выкинуть риторические вопросики про легитимность и вечную неспособность оппозиции склеиться хоть во что-то похожее на силу, останется главный, вопрос: кому выгодно, чтобы всё продолжало быть именно таким, какое оно есть?
В 2018-м Алексей Пикулик и Софи Бедфорд выкатили исследование «Aid Paradox: Strengthening Belarusian Non-democracy through Democracy Promotion». Изучали беларусскую оппозицию и донорскую кормушку 2015–2016 годов. Нынешних Офисов-Хуефосов там ещё не было в помине. Зато механизмы описаны так точно, будто авторы заглянули в будущее. Лебедько с Добровольским, кстати, уже тогда сидели на своих местах – и никуда не делись.
Зачем строить работающие институты, если можно провести конференцию? Институт – это ежедневная скучная работа, ответственность и, не дай бог, результат. Конференция же – почти идеальный продукт: программу слепили, участников согнали, фоточки в правильном ракурсе сделали, отчёт написали. Демократия не наступила? Ну и ладно. Зато международное сотрудничество состоялось, а это, как известно, главное.
Деньги надо освоить. Иначе в следующем году бюджет могут урезать, и тогда что? Признавать, что стратегия говно? Слишком дорого. Слишком много уже вложено в старых партнёров. Поэтому проект можно бесконечно продлевать. Главный результат проекта – необходимость продлить проект.
Зачем добиваться общественного доверия, если тебя уже признали за границей? Дипломатическая встреча – это не выборы. Грантовый конкурс – не мандат. Но если от доноров зависит само существование твоей конторки, то смотреть вверх, на руку с деньгами, куда практичнее, чем вниз – на тех самых беларусов, которых ты якобы представляешь.
А теперь политзаключённые. Освобождение живого человека требует переговоров, политических решений и результата, который никто тебе не гарантирует. А рассказывать о репрессиях, проводить кампании, клеить стикеры и устраивать конференции можно годами. Люди сидят. Работа идёт. Отчётность пополняется. Все довольны.
Никто, конечно, не утверждает, что кто-то специально держит людей за решёткой ради грантов. Боже упаси. Просто если деятельность измеряется легче, чем результат, система будет штамповать именно то, что легче измерить.
И ещё один милый вопрос: а все ли бывшие политзаключённые вообще остаются в поле зрения? Или мы видим преимущественно тех, чьи истории уже удобно встроены в международные кампании и красиво смотрятся в отчётах? А кто занимается теми, о ком почти не говорят? Где они? В тюрьмах? В моргах? Ну кто ж вам ответит на такой сложный и неудобный вопрос. Особенно те, кому платят за «работу с политзаключёнными».
Пикулик и Бедфорд описали ещё один прекрасный парадокс: усиление репрессий увеличивает ресурсы оппозиции, а любое потепление отношений Запада с Минском – эти ресурсы сокращает. Ничего не напоминает, правда? Не в этом ли корешок категоричного «никаких диалогов, никаких переговоров, только жёсткая линия»? Потому что если линия смягчится – кормушка может оскудеть.
Леонидович предлагает объединиться и выработать общую стратегию. Почему нет? Можно создать новую структуру. Рабочую группу. Провести стратегическую сессию. Сделать красивые фотографии. Написать манифест.
Если правила игры не менять – очередное объединение будет просто более дорогим и более напыщенным шапито. С теми же клоунами. И с теми же зрителями, которые уже давно не верят, но всё ещё платят за билет.
P.S. Поприветствуйте, пожалуйста, нашего нового автора огонёчками.
С любовью,
Из Вильнюса
Ваши Оношки.
Aid Paradox: Strengthening Belarusian Non-democracy through Democracy Promotion
Download Citation | Aid Paradox: Strengthening Belarusian Non-democracy through Democracy Promotion | This article focuses on paradoxes of democracy promotion aid and offers research on an understudied topic: the microlevel of incentives facing… | Find…