Ловушка «Гуманизма»:
«Мы собираем носки и лекарства не на войну, а нашим мальчикам/пацанам, чтобы они не замерзли».
НЕТ. Это усиление боеспособности армии оккупантов. Снабжение армии экипировкой и медикаментами высвобождает бюджет государства на покупку снарядов и ракет. Помощь армии агрессора — это продолжение войны. Максимум, что можно послать российскому солдату на фронт — семечки. И потом — какие в пихву мальчики и пацаны? Что это за пионерский жаргон? Это наемники, которые пришли в Украину убивать людей за деньги.
В декабре 1941 года, когда немецкая армия замерзала под Москвой, Геббельс тоже объявил всенародный сбор зимних вещей для Восточного фронта. Немцы сдавали шубы, варежки, носки, лыжи — нашим белокурым мальчикам. Нацистская пропаганда продвигала «воскресенья похлебки», когда семьи должны были обедать простым супом, а сэкономленное сдавать в специальный фонд с публичными списками жертвователей.
Ловушка «Солидарности»:
«Права она или нет, но это моя страна»
НЕТ. Задача пропаганды состоит в том, чтобы слить в одно понятие страну, государство, правительство и войну. Тогда несогласие с войной звучит как предательство страны. Но это — разные вещи. Если ваша страна захвачена бандой воров, мародеров и убийц, она перестает быть вашей страной и превращается в ваш концлагерь. Попробуйте покрутить на языке фразу «Прав он или нет, но это мой концлагерь» — замечаете какой-то привкус тюремной баланды?
Если сравнение с тюрьмой кажется вам обидным, вспомните начало одной из серий «Пиратов Карибского моря». «Согласно данному указу и правилам военного времени, временно отменяются следующие права:
• Свобода собраний — отменяется!
• Право личной неприкосновенности — отменяется!
• Право на адвокатскую защиту — отменяется!
• Право на рассмотрение дела судом присяжных — отменяется!
Указом лорда Беккета всякий, кто будет признан виновным в пиратстве, либо в оказании помощи лицам, обвиненным в пиратстве, либо в общении с лицами, обвиненными в пиратстве…»
А теперь, дорогие россияне, вспомните, что из этого списка вам разрешено в «вашей» стране?
Ловушка «Уникальности»
Другой на моем месте будет еще хуже, а я не такой злой, а я сохраняю уникальный творческий коллектив…
Это самая изощренная ловушка, потому что иногда она верна: были люди, которые, оставаясь на постах, действительно спасали жизни. Режим маршала Петена во Франции оправдывал сотрудничество с нацистами тем, что он служит «щитом»: если не мы, то немцы будут править напрямую и хуже. Но историки доказали по архивам, что режим Виши сам, без немецкого давления, принимал антиеврейские законы и активно помогал в депортациях. «Щит» стал инструментом.
Если ваш уникальный творческий коллектив ставит утренник для детей про СВО, то вы превращаетесь в пропагандистов и тоже работаете на войну. Нет, «всего на полшишечки» не получится. В Израиле я видел докторов наук, которые мыли полы, лишь бы не работать на войну. И вы тоже с голоду не умрете, если распустите ваш театр.
Ловушка «Эмпатии»:
Нас ведь тоже бомбят
ДА. Страдания мирных жителей реальны и заслуживают сочувствия. НО ловушка состоит в том, что сочувствие к своим пострадавшим превращают в оправдание того, что эти страдания вызвало. Нацистская пропаганда после союзных бомбардировок говорила о «террористических налетах», и немецкие жертвы, вполне реальные, использовались как доказательство правоты Германии. Вопрос «кто начал и почему это происходит» вытеснялся недоуменным «но мы ведь тоже страдаем».
Ловушка «Беспомощности»:
Пропаганда внушает вам, что все поддерживают режим, один вы против, значит ничего нельзя изменить.