Часть 1. Оперативный контекст.
То, что кремль успешно превратил Беларусь в свой ядерный плацдарм сегодня для серьезных людей уже не требует дополнительных доказательств. Тем не менее, на разных «этажах» европейской политики сомневающихся еще достаточно. По каким причинам? Среди них искренние «слепцы», либо «спящие» российские агенты влияния. Кого и сколько покажет время и ведущиеся ведомственные расследования.
То, что российская «ядерная триада» успешно расширила свой оперативный простор в западном и южном тактическом направлении на 207.6 тыс.кв.км и теперь громко, уверенно и настойчиво «стучится в двери» НАТО – неопровержимый факт.
То, что украинская и латвийская разведки проспали свершившийся факт кардинальных изменений и кратного повышения уровня российской угрозы на беларуском направлении, увы, необратимая реальность.
Наряду с этим, польское и литовское разведсообщества не смогли своевременно убедить политическое руководство своих стран превратить добытую развединформацию в упреждающий комплекс противодействия масштабированию непосредственной ядерной угрозе.
Разведывательный контур НАТО весь этот период похоже самоуспокоено наблюдал и привычно «гадал на кофейной гуще» – реальна угроза или и на этот раз авось обойдется. Беларуский ядерный плацдарм возник не в одночасье. Инициированные кремлем процессы стратегических изменений российской ядерной архитектуры в центре Европы происходили не один месяц. Открытая (опубличенная) часть их практической реализации заняла почти пять лет (2022-2026гг.). Москва шаг за шагом создавала ядерный плацдарм в Беларуси: носители, инфраструктура, подготовка, доставка, размещение, учения. Следует отметить, что каждый этап достаточно громко анонсировался в СМИ, в том числе путиным и лукашенко. Далее следовали частичные визуальные подтверждения.
Но разведки видимо искали «нотариально заверенные» транспортные накладные, строительные сметы реконструкции ядерных хранилищ, фото боеголовок и секретные протоколы (отчеты) боевой имитации пусков ТЯО и “Орешника”. Безусловно разведки обладали некоторой агентурной информацией, видели (спутники) определенную часть элементов размещения ТЯО. Однако не смогли или не захотели превратить разведданные в своевременную стратегическую оценку.
Руководство разведки отвечает не только за получение информации и верифицированных фактов, их анализ и подготовку прогноза. В конечном итоге за то, какой вывод из неё получило военно-политическое руководство страны и сколько времени(!) у государства осталось на реакцию. Если противник успел создать новую военную реальность, а система предупреждения продолжала спорить об обязательном наличии фотографии одной боеголовки — это уже не просто разведывательная ошибка. Это вопрос качества управления разведкой и ответственности тех, кто утверждал итоговые оценки.
Руководство разведки обязано предупреждать до события и заставлять верхний уровень государства услышать это предупреждение. Если не сработало ни первое, ни второе — это стратегический прокол. В нашем случае прямой результат – фактический провал ядерного сдерживания кремля в восточной и центральной Европе.
Реальное осознание ситуации и значительно запоздалые разрозненные ответные действия стали наблюдаться лишь в июле-сентябре текущего года. Однако это далеко не стратегия на новые «ядерные вызовы кремля» и даже не системное тактическое противодействие. Сегодня уровень опасности как минимум сопоставим с проколом разведок накануне полномасштабной российской агрессии в феврале 2022 года. Следовательно сложившаяся ситуация, ее причины и последствия требует детального разбора, анализа и оценки. Пусть даже и в формате телеграма.
Минская Семибоярщина
@boyars7