Выбор между немедленной смертью от рук своих и отложенной катастрофой очевиден. Они выбирают отложенную. Они подпирают гнилые балки костылями, перераспределяют тающие финансовые потоки и убеждают себя, что на их век хватит. Это не хитрость. Это банальный животный инстинкт выживания, сжавшийся до горизонта планирования в одни сутки.
ЗВЕНО ЧЕТВЁРТОЕ: Мгновенный паралич и война всех против всех
И вот наступает тот самый день. Биологические часы, тромб или внезапный шок. Диктатора нет.
Что происходит в первую секунду? Тотальный, абсолютный институциональный дефолт.
Нет Политбюро, которое могло бы собраться и назначить нового генсека. Нет внешнего игрока, который мог бы зайти и сказать силовикам: «Не стреляйте, мы признаем вот этого очкарика премьером». Внешних рычагов влияния на внутреннюю грызню в закрытой стране не существует.
В эту же секунду обнуляются все законы, Конституция и формальные иерархии. Должность больше ничего не значит. Значит только то, сколько вооруженных людей лично преданы тебе в данный момент.
Начинается война за выживание. Это не борьба за президентское кресло, это борьба за жизнь. Потому что в системе без правил проигравший клан теряет не посты. Он теряет активы, свободу, а зачастую и головы. Никто не может позволить себе компромисс. Никто не может отдать власть «временному правительству», потому что любой технический премьер будет восприниматься как марионетка конкурирующей силовой группировки.
В вакууме власти вооруженные структуры — ведомственные спецназы, личные армии олигархов, остатки регулярных войск и региональные бароны — начнут судорожно делить контроль над столицей, логистикой и финансовыми узлами. Итальянская забастовка и многолетний страх трансформируются в открытую резню.
ЗВЕНО ПЯТОЕ: Мясорубка для наследников
И вот здесь мы подходим к самому циничному и закономерному финалу. К главному провалу всей этой трусливой биомассы, называющей себя российской элитой.
Веками элиты шли на сделки и ограничивали монархов ради одной цели: передать наворованное детям. Сохранить династию. Нынешние ублюдки тоже так думали. Они заталкивали своих вылупков в советы директоров госбанков, назначали их вице-президентами корпораций, переписывали на них трасты в Дубае и яхты. Они думали, что строят неофеодализм, где их дети будут новой аристократией.
Они ошиблись. В одноразовой системе династии не живут.
Когда начнется передел, новый победитель — будь то военная хунта, альянс чекистов или региональный полевой командир, взявший столицу — столкнется с двумя проблемами. Ему будут остро нужны деньги, чтобы покупать лояльность своей собственной новой своры. И ему нужна будет легитимность в глазах озверевшего, нищего населения.
Где взять и то, и другое? Правильно. Раскулачить детей «бывших».
У этих золотых мальчиков и девочек есть миллиарды долларов, контроль над корпорациями и шикарные резиденции. Но у них нет главного — своего силового ресурса. У них нет личных армий и нет авторитета среди людей с автоматами. Они — идеальная, жирная, беззащитная добыча.
Новая власть пустит их на фарш с невероятной скоростью. Их активы экспроприируют под улюлюканье толпы. Им припомнят всё. Их посадят, выжмут до копейки или просто выкинут из страны в одних трусах. Никакие дубайские офшоры не спасут, когда к тебе в московский пентхаус заходит взвод вооруженных людей без опознавательных знаков и предлагает подписать дарственную.
Это величайшая ирония истории. Элита, уничтожившая правовое государство ради сохранения своих капиталов, своими же руками создала машину, которая сожрет их детей.
ФИНАЛ
Одноразовая система не подлежит ремонту. Она не способна к трансформации, потому что в ее код заложено разрушение.