Иран приступил к строительству Каджаранского тоннеля, длинной более 7 км.
Он станет важной частью глобального проекта Север-Юг.
В случае запуска маршрута, Иран получает доступ к черноморским портам Грузии.
Проект соединяет Иран, Армению и Грузию в единую логистическую матрицу.
Проект Север-Юг часто отождествляют с РФ и ее планами транзитировать нефть в Индию и Китай в обход Европы.
Но тут все сложнее: геополитика становится производной от конкуренции глобальных логистических маршрутов.
Данная тенденция уже охватила Ближний Восток, Центральную Азию и Южный Кавказ.
Идет борьба за транзитирование ближневосточной нефти через Сирию, Ливан или Израиль.
Борьба за реализацию проекта “Пути специй” из Индию в Европу через Израиль или Турцию.
В Армении конкурирует Зангезурский коридор “имени Трампа” и маршрут Север-Юг.
Пересечение двух указанных маршрутов формирует “логистический крест” на Южном Кавказе.
В итоге, “грузинский сценарий”становится не так пророссийским проектом, как … прокитайским.
Он станет важной частью глобального проекта Север-Юг.
В случае запуска маршрута, Иран получает доступ к черноморским портам Грузии.
Проект соединяет Иран, Армению и Грузию в единую логистическую матрицу.
Проект Север-Юг часто отождествляют с РФ и ее планами транзитировать нефть в Индию и Китай в обход Европы.
Но тут все сложнее: геополитика становится производной от конкуренции глобальных логистических маршрутов.
Данная тенденция уже охватила Ближний Восток, Центральную Азию и Южный Кавказ.
Идет борьба за транзитирование ближневосточной нефти через Сирию, Ливан или Израиль.
Борьба за реализацию проекта “Пути специй” из Индию в Европу через Израиль или Турцию.
В Армении конкурирует Зангезурский коридор “имени Трампа” и маршрут Север-Юг.
Пересечение двух указанных маршрутов формирует “логистический крест” на Южном Кавказе.
В итоге, “грузинский сценарий”становится не так пророссийским проектом, как … прокитайским.