ПУТИН ЗАПАНИКОВАЛ? – 162
Многих волнует вопрос о запасе прочности российской экономики, ее способности вести войну в текущих масштабах.
Когда мы говорим о крахе экономики, то для меня лично таким показателем будет то, что население не сможет получать важные жизненно необходимые услуги (в первую очередь коммунальные, транспортные и т.п.) и приобретать товары первой необходимости (прежде всего базовые продукты питания).
И в этом плане, начавшийся топливный кризис может служить первым сигналом. По обшей оценке, этот кризис достиг критического уровня.
Поясню, возникли проблемы, они нарастают, но, если будут приняты адекватные меры и обстановка изменится в благоприятную сторону, то кризис будет преодолен. А вот если он войдет в следующую фазу, катастрофическую, то процесс становится необратимым.
Для нас важным является такой показатель, как коэффициент восстановления. Допустим, разрушение активов составляет 5 единиц. Но у страны есть достаточные ресурсы, чтобы это восстанавливать. В таком случае коэффициент будет равен «1». Может быть и такой расклад, когда экономика в состоянии не только восстановить разрушенное, но и даже создать дополнительные мощности. Тогда коэффициент восстановления будет больше единицы.
Эксперты, с которыми мне довелось общаться, обращают внимание, что до осени 2024 г. у России была возможность не только восстанавливать разрушенное, но и создавать новое. До весны 2026 г. Россия могла восстанавливать разрушенное, т.е. условный коэффициент был равен «1». Теперь, уже речь идет о том, что она не в состоянии восстанавливать «убитые» активы до стартового состояния.
Эта ее способность может быть восстановлена или в том случае, если Украина прекратит удары (снизит их интенсивность), или в том, если Россия получит экономическую помощь извне.
Лучше, конечно, если эти два фактора проявятся одновременно.
Однако, текущий тренд идет в другом направлении: удары ВСУ и СБУ усиливаются, а ресурсы России уменьшаются.
В таком случае встает вопрос о сроках, когда запас прочности российской экономики иссякнет до нуля, и Россия не будет в состоянии вести войну.
Здесь есть ряд моментов, которые будут для нас важны.
Если судить по решениям, которые были приняты на саммите НАТО в Анкаре (7 – 8 июля 2026 г.), развороте США в сторону Украины, в ближайшее время следует ожидать наращивания ударов по российской экономике. Уже звучит вопрос о нанесении ударов по так называемому «Ямальскому кресту».
«Ямальский крест» – это неофициальное название участка газотранспортной сети в районе поселка Пангоды (Ямало-Ненецкий автономный округ), где на сравнительно небольшой территории сходится большое количество магистральных газопроводов, идущих от крупнейших месторождений Ямала. Название возникло из-за характерного рисунка трубопроводов, который напоминает крест на спутниковых снимках.
Газотранспортная система России строилась десятилетиями как единая сеть, поэтому часть потоков действительно концентрируется в отдельных районах Западной Сибири. Это повышает важность таких узлов для надежности всей системы, хотя одновременно сеть содержит резервные маршруты, компрессорные станции и возможности перераспределения потоков.
«Ямальский крест» интересен как пример центрального узла сети. В моделях устойчивости инфраструктуры такие узлы анализируют потому, что их временное снижение пропускной способности потенциально может сильнее влиять на систему, чем аналогичные проблемы на периферийных объектах.
В сети высказывается предположение что поражение этого района якобы «одним ударом остановит 80–85 % добычи газа» или «оставит без газа европейскую часть России». Однако, большинство аналитиков считает, что такое утверждение преувеличено.
На самом деле невозможно решить вопрос одним ударом, для достижения цели нужна «систематическая работа».
Если говорить о том тренде, который сейчас обозначился, для того, чтобы ситуация в Российской экономике стала катастрофической нужно примерно полгода, максимум до 9 месяцев.
Многих волнует вопрос о запасе прочности российской экономики, ее способности вести войну в текущих масштабах.
Когда мы говорим о крахе экономики, то для меня лично таким показателем будет то, что население не сможет получать важные жизненно необходимые услуги (в первую очередь коммунальные, транспортные и т.п.) и приобретать товары первой необходимости (прежде всего базовые продукты питания).
И в этом плане, начавшийся топливный кризис может служить первым сигналом. По обшей оценке, этот кризис достиг критического уровня.
Поясню, возникли проблемы, они нарастают, но, если будут приняты адекватные меры и обстановка изменится в благоприятную сторону, то кризис будет преодолен. А вот если он войдет в следующую фазу, катастрофическую, то процесс становится необратимым.
Для нас важным является такой показатель, как коэффициент восстановления. Допустим, разрушение активов составляет 5 единиц. Но у страны есть достаточные ресурсы, чтобы это восстанавливать. В таком случае коэффициент будет равен «1». Может быть и такой расклад, когда экономика в состоянии не только восстановить разрушенное, но и даже создать дополнительные мощности. Тогда коэффициент восстановления будет больше единицы.
Эксперты, с которыми мне довелось общаться, обращают внимание, что до осени 2024 г. у России была возможность не только восстанавливать разрушенное, но и создавать новое. До весны 2026 г. Россия могла восстанавливать разрушенное, т.е. условный коэффициент был равен «1». Теперь, уже речь идет о том, что она не в состоянии восстанавливать «убитые» активы до стартового состояния.
Эта ее способность может быть восстановлена или в том случае, если Украина прекратит удары (снизит их интенсивность), или в том, если Россия получит экономическую помощь извне.
Лучше, конечно, если эти два фактора проявятся одновременно.
Однако, текущий тренд идет в другом направлении: удары ВСУ и СБУ усиливаются, а ресурсы России уменьшаются.
В таком случае встает вопрос о сроках, когда запас прочности российской экономики иссякнет до нуля, и Россия не будет в состоянии вести войну.
Здесь есть ряд моментов, которые будут для нас важны.
Если судить по решениям, которые были приняты на саммите НАТО в Анкаре (7 – 8 июля 2026 г.), развороте США в сторону Украины, в ближайшее время следует ожидать наращивания ударов по российской экономике. Уже звучит вопрос о нанесении ударов по так называемому «Ямальскому кресту».
«Ямальский крест» – это неофициальное название участка газотранспортной сети в районе поселка Пангоды (Ямало-Ненецкий автономный округ), где на сравнительно небольшой территории сходится большое количество магистральных газопроводов, идущих от крупнейших месторождений Ямала. Название возникло из-за характерного рисунка трубопроводов, который напоминает крест на спутниковых снимках.
Газотранспортная система России строилась десятилетиями как единая сеть, поэтому часть потоков действительно концентрируется в отдельных районах Западной Сибири. Это повышает важность таких узлов для надежности всей системы, хотя одновременно сеть содержит резервные маршруты, компрессорные станции и возможности перераспределения потоков.
«Ямальский крест» интересен как пример центрального узла сети. В моделях устойчивости инфраструктуры такие узлы анализируют потому, что их временное снижение пропускной способности потенциально может сильнее влиять на систему, чем аналогичные проблемы на периферийных объектах.
В сети высказывается предположение что поражение этого района якобы «одним ударом остановит 80–85 % добычи газа» или «оставит без газа европейскую часть России». Однако, большинство аналитиков считает, что такое утверждение преувеличено.
На самом деле невозможно решить вопрос одним ударом, для достижения цели нужна «систематическая работа».
Если говорить о том тренде, который сейчас обозначился, для того, чтобы ситуация в Российской экономике стала катастрофической нужно примерно полгода, максимум до 9 месяцев.